Последнее время для пресейлов наловчился делать ресурсный план проекта через Claude Code. Очень круто получается. То есть, делаешь интерактивную модель с ползунками, которая показывает финальную стоимость проекта для указанной команды и указанной гибкости (каких-то ролей больше или меньше, какие-то этапы имеют больший резерв или меньший). Главное, что такая модель очень специфична для конкретного проекта и в целом бесполезна как шаблон для следующего, но сам принцип построения моделей один. В итоге подбираешь ползунками то, что одновременно выглядит believable и удовлетворяет уровню рисков, и видишь сумму, и дальше генеришь артефакты для клиента, которые после ручной доработки напильником (иногда большой) готовы для показа клиенту.
Рубрика: facebook
Сквозь объектив: Ричмонд сегодня | 28 сентября 2026 года, 05:29
Немного сегодняшнего Ричмонда через объектив моей камеры
Взаимодействие глаза и мозга: иллюзии статичных изображений | 27 сентября 2026 года, 01:10
интересно у нас глаза с мозгом устроены
держите статичную картинку
Дни недели в моей голове: визуальное мышление | 26 сентября 2026 года, 18:15
А вы тоже когда считаете на какой день недели придется какое-то число месяца через недельку-другую представляя себе дневник с ПН-ВТ-СР на левой стороне и ЧТ-ПТ-СБ-ВС на правой? Или это только у меня так?
Smartfolio: Эволюция цифрового рабочего пространства | 26 сентября 2026 года, 12:51
Обновил свой smartfolio.me (Если коротко, это персональное рабочее пространство для знаний, построенное вокруг страниц, которые содержат другие страницы, — причём дочерняя страница может раскрывать выделенный фрагмент в контексте родительской. Вы пишете в полноценном редакторе — текст, формулы, изображения, встроенные PDF с аннотациями, сохранённые веб-страницы — и вместо того чтобы раскладывать документы по папкам, вставляете одну страницу внутрь другой, или создаете дочернюю как explanation через LLM выделенного фрагмента в контексте родительского документа. Входящие принимают материал извне, поиск находит то, что осталось без связей, а несколько LLM-плагинов умеют разобрать сырую расшифровку на связанные разделы, собрать целое поддерево в один документ, перевести страницу, не тронув её формулы и вёрстку)
Раньше Smartfolio был SaaS и хранил документы только в Turso — SQLite в виде сервиса. Теперь, помимо локального SQLite и Turso, есть три новых хранилища: папка на диске (для локальной установки), GitHub-репозиторий и папка в Google Drive.
Появилась синхронизация, и она трёхсторонняя: что есть у A, что есть у B и о чём эти двое договорились в прошлый раз. Благодаря этому «они различаются» превращается в «изменилось вот это» — без обращения к часам, которые принадлежат чужой машине. Пары хранилищ по умолчанию двусторонние (односторонний режим существует для резервных копий, и интерфейс пишет «только из X в Y», а не рисует стрелку, которую можно прочесть наоборот), могут быть ограничены страницей и всем, до чего она дотягивается — включая ассеты, которые находятся по идентификаторам прямо в содержимом. Конфликты сохраняют обе стороны в виде конфликтной копии, а не сливают и не отбрасывают. Пары запоминаются в обоих хранилищах, поэтому настроенная на ноутбуке появляется и на следующей машине, а запись о достигнутом согласии живёт ровно в одном месте — если бы каждая машина вела свою, обычная правка с одной стороны превращалась бы в конфликт.
GitHub и Drive подключаются легко через oauth, дальше профиль показывает репозитории, в которые токен может писать, или папки в Drive, созданные этим приложением, — и указание существующей выбирает её, а не создаёт вторую рядом. Именно так вторая машина присоединяется к уже существующим заметкам.
Появились десктопные сборки на Electron — для macOS, Windows и Linux. Smartfolio также работает из мобильного браузера.
Демо (немного устаревшее, без синхронизации) —
Пока всё по приглашениям — и сервис, и исходный код.
Булат Окуджава: неслыханные исполнения | 2026-09-20T18:23:18
Бегемоты в США: необычный законопроект 1910 года | 2026-09-20T03:06:48
Узнал сегодня, что в 1910 году в США серьезно рассматривали ввоз бегемотов и выпуск их в дикую природу, чтобы (1) они жрали инвазивный водяной гиацинт (2) чтобы их жрали американцы. Законопроект H.R. 23261 под кодовым именем «American Hippo bill», внесен в 1910 году конгрессменом Роберт Ф. Бруссаром от Луизианы. Забавно, но в самом законопроекте нет упоминаний бегемотов. Это был не закон о бегемотах. Это был закон «дайте денег, а там разберёмся». Комитет вежливо поблагодарил за «очень интересное утро» и разошёлся. Голосования не было. Никогда.
Марк Солонин: Титулы в науке как красный флаг | 2026-09-19T04:18:26
Марк Солонин делился в своем последнем видео некоторой информацией и размышлизмами, которые заставили задуматься. Первая его мысль в том, что, мол, настоящий специалист подписывается просто своим именем; неспециалисты обязательно сопровождают фамилию титулами вроде «академик Российской академии естественных наук», «член-корреспондент Международной академии информатизации», «старший научный сотрудник Международного института изучения глобальных угроз всеобщей безопасности» и что такая длинная подпись — «красный флаг».
Для подтверждения тезиса он приводит интересные цифры и факты. Закон «О науке» 1996 года разрешил научным работникам создавать «общественные академии наук» — то есть по сути любое объединение граждан может назваться академией и раздавать звания. Ещё в 2013 году Коммерсант насчитал в стране более 80 академий наук, из них государственных — шесть. Остальные семьдесят с лишним — общественные организации, у которых членство продаётся или раздаётся по собственным правилам.
Среди них абсолютный рекордсмен — бывшая справочная контора. «Международная академия информатизации» выросла из Мосгорсправки. В её учредители вошло руководство Мосгорсправки, а первым президентом стал её директор. В 1990 году «Академия информатизации СССР» была зарегистрирована как малое предприятие. Сегодня она сама гордо сообщает на сайте: более 19 000 действительных членов. Девятнадцать тысяч академиков из одной конторы. Председатель комиссии РАН по борьбе с лженаукой Эдуард Кругляков писал, что МАИ штампует специалистов по 101 специальности, включая астрологию, уфологию, телепатию и телекинез. Бонус — с 1995 года у МАИ консультативный статус при ЭКОСОС ООН (не ржите, это экономический и социальный совет при ООН), так что теперь бывают и «академики при ООН».
Самая опасная — та, что звучит солиднее всех. Российская академия естественных наук (РАЕН) — к 2003 году около 4000 членов. Название почти неотличимо от РАН, а в ней действительно состоят настоящие академики — потому подпись «член-корреспондент РАЕН» так хорошо работает на неподготовленного читателя (например, ««Победим буквально всех»: гениальный ученый-пророк предсказал триумф России» — это заголовок про Квашу, ч.-а. этого РАЕН). Президент РАН Юрий Осипов на заседании Президиума РАН прямо спрашивал — кто проповедует торсионные поля? — и сам отвечал: РАЕН. В 2006 году почётным членом РАЕН стал 29-летний Рамзан Кадыров. Президент РАЕН впоследствии подтвердил, что звание присвоено за спасение жизней военнослужащих в Чечне.
Была еще Академия проблем безопасности, обороны и правопорядка (2000–2008). По данным Генпрокуратуры, она вместе со своим «Национальным комитетом общественных наград» учредила 73 вида наград, идентичных государственным, ввела учёные степени, собственную военную форму и воинские звания. Выдавала удостоверения профессора, члена-корреспондента и академика, внешне похожие на государственные. Годовой бюджет — около миллиона долларов. Это единственная «академия», которую в итоге закрыли (10 декабря 2008 года; Верховный суд ликвидировал её по иску Генпрокурора — не за торговлю званиями, а за имитацию государственных наград). Экс-президента оштрафовали на 500 рублей.
В 2013 году в РАН было 500 академиков. После реформы и присоединения медицинской и сельхозакадемии их стало 941 к 2025 году — рост на 71%. Это не оценка «врагов науки»: так пишет главный научный сотрудник Института проблем развития науки РАН в журнале «Экономика науки», отдельно отмечая избрание в академики чиновников, политиков и бизнесменов и случаи непотизма.
Чтобы защитить диссертацию, нужны публикации в «ваковских» журналах. Таких журналов в перечне на сегодня — больше трёх тысяч. Прикиньте, в России есть несколько тысяч научных журналов, которые никто не читает 🙂
В общем, мысль довольно оригинальная — когда вы видите подпись «академик такой-то академии, член-корреспондент такой-то, старший научный сотрудник международного института чего-то», — это не удостоверение, а красный флаг. У настоящего специалиста есть имя. И ему этого достаточно.
Тайны завещания Изабеллы Стюарт Гарднер | 2026-09-18T22:26:33
Ранее сегодня я написал пост про музей Изабеллы Стюарт Гарднер и, как все, сослался на её завещание: мол, если трасти изменят планировку, музей со всей коллекцией уходит Гарварду. Эту фразу цитируют в каждой статье, каждом путеводителе и каждом подкасте про ограбление 1990 года. И тут мне стало интересно: а что там ещё, в самом документе? Пошёл искать — и с удивлением обнаружил, что завещания в паблике нет. Все на него ссылаются, но оно не гуглится: ни на сайте музея, ни в архивах, ни в юридических базах. Единственное, что нашлось, — обрывочное нечто на Scribd, где как раз нужных страниц и не хватало.
Тогда я просто написал письмо в архив музея. Отправил в 3:54 pm. В 3:58 pm пришёл ответ — с фотографиями оригинала: семнадцать рукописных страниц на линованной бумаге с красными полями, красная лента, сургучная печать и подпись «Isabella Stewart Gardner» от 9 мая 1921 года, плюс машинописный кодицил 1924-го.
Самое любопытное — знаменитый пункт про Гарвард на самом деле куда конкретнее, чем его пересказывают. Условие срабатывает, если трасти выставят что-то, чем она не владела на момент смерти, или изменят «общее расположение» предметов на первом, втором и третьем этажах — «кроме кухни и прилегающих спален на первом этаже». Тогда всё — землю, здание, картины, статуи, безделушки, мебель, книги и фонд в 1,2 миллиона долларов — Гарвард обязан продать, причём не в Бостоне, а в Париже, а доход тратить на прибавки профессорам или на стипендии не меньше 1 200 долларов в год каждая. Четвёртый этаж и мансарда в запрет не входят — там жил директор, которому она отписала квартиру бесплатно, пять тысяч в год, месяц отпуска и до двух слуг за счёт музея.
В завещании нет бесплатного входа для всех, кого зовут Изабелла — некоторые источники в сети ссылаются на завещание, но нет, это придумка маркетологов. Более того, там написано ровно противоположное: сам директор чуть ли не лично должен брать с посетителей деньги, «поскольку наибольшее благо для публики будет достигнуто именно взиманием такой платы», а открывать музей — только по определённым дням. Так что двадцать пять долларов за билет — это буквально её воля. Ещё она запретила «экстравагантные расходы» на содержание, а излишек велела каждые пять лет отдавать двум бостонским больницам, одной — на бесплатную койку.
Каждый год 14 апреля, в день её рождения, трасти обязаны проводить поминальную службу в капелле в конце Длинной галереи — музей делает это до сих пор. Остаток состояния разделила между детской больницей, обществами защиты детей и животных, причём общество защиты животных получает деньги при условии тратить $75 в год на свободное стойло в память лошадей Долли, Плуто и Леди Бетти и 35 долларов на конуру в память собак Китти Уинк и Патти Бой.
Бесплатный вход для Изабелл и скидки для фанатов: уникальные традиции музея Изабеллы Стюарт Гарднер | 2026-09-18T17:33:15
СЯУ, что если вас зовут Изабелла, то вход в арт-музей ISG в Бостоне бесплатный (иначе 25 долларов). Или скидка, если вы пришли в футболке «Oh, you Red Sox». Я прямо сейчас в этом музее. На кассе вы об этом не найдёте. Это не акция, а пункт завещания основательницы — Изабеллы Стюарт Гарднер, которая в 1903 году построила себе венецианский палаццо посреди Бостона, набила его Тицианом, Рембрандтом и Вермеером. Ещё она выгуливала льва на поводке и приходила в консерваторию с повязкой «Oh, you Red Sox» на лбу — собственно, за это болельщикам в атрибутике здесь до сих пор дают скидку.
Самое жуткое место в тут — Голландский зал, где на стенах висят пустые рамы, но прямо сейчас он на ремонте, и вместо пустых рам тут пустые прямоугольники из малярной ленты. В марте 1990 двое в полицейской форме вошли ночью, связали охрану и за 81 минуту вынесли 13 работ примерно на 500 миллионов долларов, включая единственный морской пейзаж Рембрандта и «Концерт» Вермеера — самую дорогую украденную картину в мире. Дело не раскрыто до сих пор, награда за информацию — 10 миллионов. А рамы висят пустыми, потому что завещание запрещает менять в музее хоть что-нибудь: если переставить одну вещь, вся коллекция уходит Гарварду на продажу 😉
Если у вас есть знакомая Изабелла — отметьте её, ей сюда бесплатно на всю жизнь 😉
P.S. Я запросил у музея завещание, они прислали скан, и там куча интересного
