Метка: Folklore

Аладдин: мост между культурами | 2025-08-30T11:39:54

В оригинальной сказке «Тысяча и одна ночь» Аладдин — мальчик, который живет со своей матерью в Китае (!). Много раз подчёркивается, что дело происходит в Китае, но имена персонажей всё-таки арабские. Есть мнения, что Алладин — китаец, хотя конечно в те года национальностей не существовало.

При этом там все сложно вообще с тем, откуда сказка. В «1000 и одну ночь» (или Arabian nights) Аладдина добавил французский переводчик Antoine Galland, которому сказку рассказал «маронит Ханна из Алеппо» Hanna Diyab, даже дата из дневников известна — 5 мая 1709 года. В течение месяца Дияб рассказывал ему ещё пятнадцать сказок. Десять из них, включая «Али-Бабу», были позднее опубликованы в последних четырёх томах «Ночей» Галлана (1712–1717). То есть, «1000 и одна ночь» написал французский переводчик по мотивам из разных мест.

Пишет двадцатилетний Дияб, тот, что рассказал переводчику.

«Был один старик, который часто навещал нас. Он заведовал библиотекой арабских книг. Он хорошо читал по-арабски и переводил книги с этого языка на французский. В то время он перевёл книгу Сказки 1001 ночи. Этот человек просил моей помощи в некоторых вопросах, которых не понимал, и я ему их объяснял. В книге не хватало нескольких ночей, и я рассказал ему истории, которые знал. Тогда он дополнил книгу этими историями и остался очень доволен мной». (MS Sbath 254, f. 128a)

Гендерные стереотипы в изображении стран | 2025-08-15T14:43:02

Говорят, что это крутят по центральному ТВ в России. Я не знаю, что этим хотят сказать, но я вот о чем подумал: люди в ролике представляют страны, и их пол выбирается неслучайно. Когда хотят отобразить человеком страну Россию, выбирают почему-то всегда девушку в кокошнике, а не воцерквленного мужчину с бородой типа Распутина или Грозного. Вы можете сказать, что ну хорошо, слово «Россия» женского рода, так и слово Америка тоже женского рода, но при изображении Америки на вас будет смотреть какой-нибудь супермен или на худой конец капиталист типа дяди Сэма. Да, вы скажете, есть же статуя свободы. Верно, но вот в таких роликах почему-то не ставят на место Америки девушку с семиконечной короной, а на место России богатыря на лошади. А почему-то наоборот.

Хотя, казалось бы, девушки на такой позиции показаны в рекламе явно на позиции ведомых кем-то большим и сильным. Интересно, если бы ролик снимали в США, было бы наверняка все наоборот — США представляла бы наверняка сильная женщина в семиконечном венке (не девушка), а Россию — какой-нибудь мужик в возрасте, наверняка в теплом тулупе и шапке с ушами. Но наверняка бы поднялся вопрос «кто ж тогда кого танцует» и ролик бы просто бы не вышел.

Еще можно вспомнить, что Россию зовут «матушкой Россией» (motherland), а вот например в Германии устоялось Fatherland (Vaterland). Франция определенно ассоциируется с женственным — ее часто изображают как Марианну (La Marianne), Великобританию символизирует фигура Британии (Britannia). Украина стопудово женская, да и, к сожалению, сейчас в стране серьезный гендерный перекос. А вот Мексику наверняка все отобразили бы как мужика с гитарой.

Секреты семимильных сапог: история и мифы | 2025-07-17T16:42:07

Вот вам настоящие «сапоги-скороходы» или, как их называли в Европе, «семимильные сапоги», Франция/Германия, XIX век. Помните, господин Людоед в «Мальчик-спальчик» был в них. Не ошибётесь, если скажете, что в них было сложно не только бегать, но даже ходить. Почему же они называются «семимильными»?

Тут интересно. На самом деле их оригинальное название на французском — „bottes de sept lieues“ (сапоги семи лиг), а на немецком — Siebenmeilenstiefel (семимильные сапоги), откуда это название пришло в русский язык.

Регулярное почтовое сообщение во Франции началось в XV веке, когда были построены почтовые станции с лошадьми для смены. Расстояние между станциями изначально составляло 7 лиг/лье (примерно 30-35 км).

Перевозки осуществлялись экипажами, в которых было от 4 до 6 лошадей. Кучер управлял ими, а на первой лошади сидел форейтор (fourrier), который задавал темп движения. Работа форейтора была более опасной, так как в случае аварии у кучера было больше шансов избежать травм, в то время как форейтор рисковал попасть под колеса кареты или быть придавленным упавшей лошадью.

Поэтому форейторам полагались специальные высокие и прочные сапоги, которые, по некоторым данным, крепились к седлу (но это не точно) Садясь в седло, он надевал эти сапоги. То есть, в этих семисмльных сапогах даже не ходили, а сидели.

Сапоги шили из нескольких слоев обработанной кожи, с деревянными подошвами и железными вставками. В таких сапогах было трудно упасть с седла, даже если уснешь, а при падении на бок они выдерживали вес лошади, защищая всадника от серьезных травм.

Разумеется, такие большие и тяжелые сапоги, которые нередко сушились у огня, вызывали вопросы у детей, а форейтеры, покуривая трубку и улыбаясь, рассказывали им о волшебных семимильных сапогах, которые можно надеть и за один миг перепрыгнуть целых 7 лье. Видимо, одним из таких детей и был Шарль Перро 😉