Канадский артист российского происхождения Константин Дворецкий (Costa Dvorezky). Живет в Торонто, преподает в Max the Mutt. У него практически нет статичных картин, его герои очень хотят покинуть холст и выпрыгнуть к зрителю. «Творчеством занимаюсь с раннего детства, прекрасный повод уйти от реальности».
Подобные посты группируются по тегу #artrauflikes, а на beinginamerica.com в разделе «Art Rauf Likes» есть все 120 (в отличие от Facebook, который забывает (забивает) на почти половину).
Я сейчас читаю Набокова «Защиту Лужина», и в предисловии от автора есть предложение в 269 слов.
«Тут, кстати, чтоб сберечь время и силы присяжных рецензентов – и вообще лиц, которые, читая, шевелят губами и от которых нельзя ждать, чтоб они занялись романом, в котором нет диалогов, когда столько может быть почерпнуто из предисловия к нему, – я хотел бы обратить их внимание на первое появление, уже в одиннадцатой главе, мотива матового («будто подернутого морозом») оконного стекла (связанного с самоубийством или, скорее, обратным матом, самому себе поставленным Лужиным); или на то, как трогательно мой пасмурный гроссмейстер вспоминает о своих поездках по профессиональной надобности: не в виде солнечно-красочных багажных ярлыков или диапозитивов волшебного фонаря, а в виде кафельных плит в разных отельных ванных и уборных – как, например, тот пол в белых и голубых квадратах, где, с высоты своего трона, он нашел и проверил воображаемые продолжения начатой турнирной партии; или раздражительно асимметрический – именуемый в продаже «агатовым» – узор, в котором три арлекиново-пестрых краски зигзагом – как ход коня – там и сям прерывают нейтральный тон правильно в остальной части разграфленного линолеума, стелющегося между нашим роденовским «Мыслителем» и дверью; или крупные глянцевито-черные и желтые прямоугольники с линией «h», мучительно отрезанной охряной вертикалью горячей водопроводной трубы; или тот роскошный ватерклозет, в прелестной мраморной мозаике которого он узнал смутный, но полностью сохраненный очерк точно того положения, над которым, подперев кулаком подбородок, он раздумывал однажды ночью много лет тому назад.»
Сегодня представляю американского художника кубинского происхождения Рикардо Хосе Мухика (Ricardo Jose Mujica (b.1961)). Родился и живёт в Нью-Йорке.
Первая картина в галерее — Многозадачность, 2012. Это портрет жены и ребёнка художника. Рикардо в том же 2012 году выложил его на фейсбуке (продав за копейки сам холст) и. как он сам пишет на сайте, с тех пор вот уже много лет регулярно получает угрозы от разъярённых женщин (которые уверены, что он коварным образом раздобыл их фотографию, и требуют то компенсации, то немедленного удаления) и от многих мужчин (не понимающих, где и как Рикардо видел их жену голышом — и грозящих переломать ему ноги).
Картин у него относительно немного, но они очень мягкие, добрые, и позитивные.
Подобные посты группируются по тегу #artrauflikes, а на beinginamerica.com в разделе «Art Rauf Likes» есть все 119 (в отличие от Facebook, который забывает (забивает) на почти половину).
Сейчас на глаза попался аппарат «Солнышко», который до сих пор используется и продается в России. Он часто фигурирует в мемах про первый детский кальян. Какое-то время назад я читал про советскую физиотерапию, по существу отличающуюся от западной тем, что там происходило тестирование всяких сумасшедших идей на людях без процесса, обычного для нормальных медицинских приборов.
Короче, что это за «Солнышко» такое. Гуглить по «ОУФну (УГН-1)». Внутри стоит лампа ДРТ 240 – дуговая ртутная трубчатая разрядная лампа высокого давления, которая используется в стерилизаторах. 240 из названия — это 240 нм, относится к жесткому УФ-излучению (100-280 нм). Аппарат направляет UV-C излучение на слизистую в рот. Слизистая (кроме глаз), как известно, от УФ-лучей вообще не защищена (в отличие от кож и глаз), а тут еще и жесткое УФ-излучение (UV-C), которое без озоновых дыр до поверхности Земли даже не добирается. В общем, «лечение» достигается путем сжигания слизистой вместе с бактериями и вирусами. Облучение стерилизатором просто убивает клетки и как и любое UV-C доказанно способствует развитию рака.
Как мы все это пережили в детстве 🙂 Сейчас погуглил, оказывается в арсенале детских санаториев были еще и УВЧ-терапия (электромагнитные поля ультравысокой частоты), ВЛОК (внутрисосудистое лазерное облучение крови), электрофорез (это тип введение лекарственного вещества неинвазивным способом — без иглы! — прямо в нужную точку, туда, где болит, но это вообще не работает, но хотя бы и не вредит).
Жесть вообще, и если погуглить облучатель Солнышко, например, он есть в сотнях мест.
Сегодня покажу художника Ирика Мусина (Irik Musin, Казахстан). Вообще хотел другого, но у Ирика сегодня день рождения, да и картины у него такие, что пройти мимо нельзя. Немного карикатурные, но это очень в формате. Хотя, конечно, то, что нам, городским, кажется карикатурностью, в деревне может быть обычная жизнь. Темы — старость, Казахстан, деревня — чаще всего депрессивная, дети — чаще всего на позитиве. Все картины полны динамики и за ними читается какая-то история. Еще совершенно очевидно, что художник не наряжал моделей для переложения на масло с фотографии, и я вот такое прям очень уважаю (потому что до такого уровня мне как до Луны, и я по-доброму завидую людям, способным так сочинять и так писать). Очень красиво, посмотрите.
Первая картина из серии называется «Годовщина». По названию понятно, что скорее всего речь идет о годовщине смерти. Скорее всего смерти матери… Горестное лицо мужа скривилось в уродливой тоске, а мальчик и вовсе выглядит подавленным, взгляд мальца устремлен прямо на зрителя.
Хороший художник, но немного грустный.
Подобные посты группируются по тегу #artrauflikes, а на beinginamerica.com в разделе «Art Rauf Likes» есть все 119 (в отличие от Facebook, который забывает (забивает) на почти половину).
Не могу остановиться смотреть ролики Армена Захаряна по литературе «Армен и Федор». Благодаря очень «хорошей» учительнице литературы в школе, я перестал ненавидеть и стал читать классику только через лет 20 после окончания школы. И то, пока научпоп выигрывает битву за место на полке. За такого учителя, как Армен, сегодняшний я может быть ещё и доплачивал бы.
P.S. У меня мама после просмотра интервью вчера взяла в библиотеке Улисс Джойса и ГиП Рабле. Посмотрим-посмотрим как оно у нее пойдёт;)
К вопросу про “AI отберет у людей работу”. Читаю в книжке про интересный пример, когда изобретение машины, способной сильно облегчить людям работу, в итоге привело к ухудшению условий труда и жизни рабочих (ну и заодно британскй оккупации Египта) . Речь идет о машине Уитни, упрощающей обработку хлопка.
До изобретения ткацкого станка ткань была на вес золота. Вот буквально, грамм шелка стоил почти столько же, сколько грамм золота. Рассказы о преступности в XVIII и XIX веках почти всегда посвящены тому, как преступников сажали в тюрьму или перевозили в Австралию за кражу носового платка, пачки кружев или еще какой-нибудь кажущейся мелочи, но на самом деле это часто были предметы огромной ценности. Пара шелковых чулок могла стоить 5 фунтов, а пачка кружев могла продаваться за 20 фунтов — достаточно, чтобы прожить на них пару лет, и очень серьезная потеря для любого владельца магазина. Шелковый плащ стоил 50 фунтов стерлингов, что было не по карману никому, кроме высшей знати.
Джон Кэй, молодой человек из Ланкашира, изобрел механический (самолётный) челнок – одно из первых революционных изобретений, необходимых для развития текстильной промышленности. Мобильный челнок Кэя удвоил скорость выполнения ткацких работ. Прядильщики, которые и до этого не успевали за ткачами, стали отставать еще сильнее, и проблемы начали возникать по всей цепочке поставок, создавая огромные экономические трудности для всех участников процесса.
В 1764 году неграмотный ткач из Ланкашира по имени Джеймс Харгривс изобрел удивительно простое устройство, известное как «прядильная машина Дженни», которая за счет использования нескольких веретен выполняла работу десяти прядильщиков.
До появления этого изобретения домашние мастера вручную пряли в Англии 500 тысяч фунтов хлопка ежегодно. К 1785 году, благодаря машине Харгривса и ее улучшенным версиям, это число подскочило до 16 миллионов фунтов.
Это в Англии. В США была другая проблема. На Американском Юге единственный сорт, который хорошо рос, был коротковолокнистый хлопок. Но его невозможно было собирать с прибылью, так как каждая коробочка содержала липкие семена — три фунта семян на каждый фунт волокна, и их приходилось выщипывать вручную. Это было настолько трудоемко, что даже с использованием рабского труда не окупалось. Вручную один рабочий мог очистить лишь около 1 фунта (0,45 кг) хлопка в день. Проблему решил Эли Уитни, изобретя простой вращающийся барабан, котрый использовал гвозди для захвата волокна, оставляя семена «позади». Назвал свою машину «джин» (от эн-джин). Машина Уитни позволяла одному человеку очистить до 50 фунтов (около 22,7 кг) хлопка в день. То есть, в 50 раз больше. Фактически, она заменяла 50 человек на одного.
На этот момент рабство было в шести штатах США; к моменту гражданской войны уже было в 15.
Почему? Оказалось, что вместо того чтобы снизить потребность в рабочей силе, машина Уитни увеличила её: поскольку очистка больше не была узким местом производства, потребовалось больше рабочих для посадки, сбора и обработки увеличивающегося урожая. США стали главным мировым поставщиком хлопка, что сделало текстильную промышленность Европы (особенно Великобритании) зависимой от американского сырья. Это привело к росту рабовладельческой системы в южных штатах, а в Англии увеличило долю детского труда на производстве (потому что платить не надо, только корми, и дети лучше справлялись).
Впоследствии, когда гражданская война в США завершилась, цены на хлопок упали, что привело Египет (где выращивали качественный длинноволокнистый хлопок и продавали в Англию) к экономическому кризису и росту внешних долгов. В конечном итоге это стало одной из причин британской оккупации Египта в 1882 году.
Возвращаясь к теме с AI. Рынок труда адаптируется, но иногда медленно и с потерями. В перспективе появятся новые рабочие места, но переходный период может сопровождаться массовой безработицей и социальными потрясениями.
Правда, никакого искусственного интеллекта еще нет. AI станет настоящим AI, когда он будет понимать и использовать знания об устройстве мира, а не проекции этих знаний. Вот взять генерацию изображений — она использует “проекции” — базу аннотированных фото- и видеоматериалов. Она не использует знания об анатомии и устройстве мира. То же самое и в GenAI — там тоже везде проекции, а не чистое знание. Судя по всему, текущие прорывы в GenAI не подходят для хранения, накопления и использования “чистых знаний”.
А еще нам нужна не просто система, которая может правильно отвечать на наши тривиальные вопросы. Нам нужна система, которая способна задавать правильные нетривиальные вопросы. Большие языковые модели (LLM) по своей природе не способны на это.
Но тем не менее, история с изобретениями Кея, Харгривса, Уитни наводит на параллели.
Сегодня знакомлю с датским художником Хансом Андерсеном Брендекильде (H.A.Brendekilde). Один из самых известных датских художников конца XIX-начала XX века. Более всего Брендекильде известен как мастер пейзажей и жанровых сцен. В его время уже вовсю существовала цветная фотография, и для художников по сути многое изменилось в философии что и зачем они делают. Но посмотрите на картины Брендекильде — теплоту и мягкость света, множество с любовью подобранных мелких деталей интерьера, одежды, окружения.
Мне лично его пейзажи нравятся меньше, чем жанровые работы. Пейзажи по цветам часто слишком громкие и пестрые, да и не приносят особо эмоций. Красиво, ярко, но как-то обычно. С людьми же иначе — там за каждой картиной видна целая история.
Подобные посты группируются по тегу #artrauflikes, а на beinginamerica.com в разделе «Art Rauf Likes» есть все 119 (в отличие от Facebook, который забывает (забивает) на почти половину).
Интересности — четыре штуки по разным темам. Про патчи на лицо, парики, архитектора, и молочную болезнь.
Первая: Читаю сейчас, что в Англии в 16-18 веках модно было носить искусственные родинки, известные как mouches (это муха по-французски). Постепенно эти искусственные родинки приобрели форму звезд или полумесяцев, которые носили на лице, шее и плечах. Пишут, что у одной дамы на щеках была изображена карета и шесть лошадей, скачущих галопом. На пике этой моды люди носили огромное количество мушей, так что, должно быть, выглядели так, будто их облепили мухи.
Интересно, что их носили как мужчины, так и женщины, и считалось, что они отражают политические пристрастия человека по тому, на какой щеке они носятся — на правой (у вигов) или на левой (у тори). Аналогично, сердечко на правой щеке означало, что человек женат, а на левой — что он помолвлен. Они стали настолько сложными и разнообразными, что породили целый словарь: на подбородке называлась silencieuse, на носу — l’impudente или l’effrontée, посередине лба — majestueuse, и так далее по всей голове. В 1780-х годах в моду ненадолго вошли искусственные брови, сделанные из мышиной кожи
Так что стилизованные наклейки и акне-патчи в форме звезд и сердец — современный аналог этого тренда. Ждем современного аналога бровей из мышиной кожи.
Иллюстрация: “The Morning: The Woman at Her Toilet” by Gilles-Edme Petit, c. 1745-1760. Текст внизу — «эти искусственные пятна придают глазам и лицу больше «живости». Но, размещая их плохо, можно с их помощью обезобразить красоту.»
Вторая: Оказывается, что в США была молочная болезнь — Milk sickness. В начале XIX века она унесла тысячи жизней переселенцев на Средний Запад США, особенно в приграничных районах вдоль долины реки Огайо и ее притоков. Суть была такая: вроде здоровая корова начинала давать молоко, от которого можно было легко «отбросить коньки» в худшем случае, а если повезет просто очень сильно страдать от рвоты и болей. Все дело в траве, которую жрала эта корова. Ей не надо было трогать одну, под названием белый змеевик (white snakeroot), но ей никто не рассказал, что есть можно, а что нельзя. Считается, что разобралась в причинах Анна Пирс Хоббс Биксби. Ей об этом рассказала какая-то тетка из племени шауни, с которой она подружилась, после чего Биксби провела опыты, чтобы наблюдать и документировать доказательства.
Еще оказалось интересным, что архитектор Капитолия в нашем Вашингтоне, Benjamin Latrobe. Закончил ВУЗ, попробовал что-то строить в Европе, что-то не срослось, жена еще умерла, банкротство, чувак решил все бросить и переехать в Штаты. Познакомился с племянником Вашингтона и понеслось. И вот через 7 лет после переезда он уже строит Капитолий, а до того было еще несколько важных сегодня проектов (банк Филадельфии, оригинальная тюрьма в Ричмонде и т.д). В общем, нетворкинг — это важно, ну и важно в моменты, когда что-то никак не получается, просто взять и поменять всё.
Про парики еще интересно. Тут вообще фантазия ушла в полный отрыв. С середины XVII до начала XIX века мужчины носили парики так массово, что мода на них продержалась целых 150 лет. Парики делали из чего угодно: человеческих и конских волос, шелка, козьей шерсти, хлопковой нити и даже проволоки. Они стоили очень дорого — до 50 фунтов стерлингов за штуку — и считались таким ценным имуществом, что их завещали по наследству. Чем больше и тяжелее был парик, тем выше статус его владельца — отсюда и выражение «большая шишка» или bigwig. Потому что большие парики носили только очень обеспеченные. Поскольку парики часто крали, это было первое, за что хватались грабители.
Уход за париками тоже был хлопотный. Раз в неделю их отправляли на «перезапекание», чтобы заново завить локоны — этот процесс назывался fluxing. С 1700-х стало модным каждый день посыпать голову париком белой мукой (кстати, «посыпать голову пеплом» — это вообще не про это. Это из Библии, использовалось как символ покаяния, траура и признания вины). Когда в 1770-е во Франции случился неурожай пшеницы, это вызвало массовые бунты — люди возмущались, что дефицитную муку пускали не на хлеб, а на головы аристократов. К концу XVIII века в моду вошли цветные пудры — особенно популярными были голубые и розовые оттенки. Процесс пудрения был целой церемонией: надевали парик, накрывали плечи тканью, засовывали лицо в воронку из бумаги (чтобы не задохнуться), а слуга с помощью мехов распылял пудру на голову.
Некоторые аристократы выводили стиль на новый уровень: так, один принц нанял четырех слуг, чтобы они одновременно распыляли пудру разных цветов, через которые он эффектно проходил. Лорд Эффингем держал целых пять французских мастеров только для ухода за своей прической.
Кстати, с женскими прическами тоже было не всё так просто. Их сооружали на каркасе из проволоки, а для объема добавляли шерсть и конский волос. Высота некоторых женских причесок достигала 75 сантиметров, так что дамы едва помещались в кареты и иногда вынуждены были ехать, высунув голову в окно. Были даже случаи, когда прически загорались от люстр, что иногда заканчивалось трагически. Прическу, конечно, не разбирали месяцами, поддерживая её форму пастой, а чтобы во сне не испортить конструкцию, спали на специальных деревянных подставках. Проблемы с гигиеной, кстати, были заметные: волосы кишели насекомыми, а одна дама даже потеряла ребёнка, обнаружив на утро мышиное гнездо в своей прическе. Переволновалась.
Но мода на парики у мужчин резко закончилась к началу XIX века. Настолько, что отчаявшиеся парикмахеры подали петицию королю Георгу III с просьбой ввести обязательное ношение париков. Но король отказался. Старые парики стали использовать в хозяйстве — их пускали на тряпки для пыли. Сегодня парики сохранились лишь в британских судах — там до сих пор носят парики из конского волоса. Стоят они около 600 фунтов, и их принято вымачивать в чае, чтобы придать эффект старинности — мол, слишком новенький парик может выдать неопытного юриста.
И всё это — ради моды!
У Юки снова включился режим «уууу». Предыдущие разы были —
* 15 марта 2022,
* 27 октября 2022,
* 2 февраля 2023,
* 1 апреля 2024, длилось четыре дня.
Изменения в поведении в этот период такие:
1) внезапно ему нравится гулять. Обычно не нравится. При том, что у него всегда открыт двор, ему нужно именно на прогулку. Может подойти к двери и стукать по ней лапой. Обычно на слово гулять он улепётывает на третий этаж.
Теперь же он в рот смотрит, когда ему что-то говоришь. Постоянно чего-то ждет, что может вдруг быть вопросом, а не хочет ли он погулять. Долбится в окно лапой (см комментарий с видео).
2) на прогулке сует нос в траву каждые пять минут, и его еле оттуда отдерешь. Обычно такое редко, а тут прям постоянно.
3) может полчаса сидеть и смотреть на закат. Что там творится в черепушке у него, непонятно. Ну и воет, да.
4) нестабильный аппетит. Кладешь ему мясо сверху корма, он на него даже не смотрит. Правда, если каким-то образом хоть небольшой кусок мяса проглочен, то скорее всего, доест и остальное. Но тут изменение не выраженное, он и обычно не очень жаден до еды. Ест необходимый минимум всю жизнь.
Being in America 