Метка: books

Это строки из стихотворения «Квадрат» английского поэта Джеймса Клиффорда в переводе Владимира Лившица. Клиффорд был человеком удивительной судьбы, смятым в тисках двух мировых войн. Он родился накануне Первой мировой войны, в 1913 году в Лондоне, а погиб в 1944 году, отражая немецкую танковую атаку в Арденнах.

Парадоксально, но наследие молодого английского поэта в Советском Союзе было известно гораздо лучше, чем на его родине. Пока в Англии задавались вопросом: «Кто он, мистер Клиффорд?», в СССР с середины шестидесятых годов регулярно публиковались его новые стихи. За это, конечно, следовало благодарить его переводчика — Владимира Лившица. Именно он первым перевел на русский язык знаменитые, будто бы знакомые строки из «Отступления в Арденнах»: «Нас оставалось пятеро. В промозглом блиндаже. Командованье спятило. И драпало уже».

Но Лившиц не просто перевел эти строки, а как бы «благословил» их, поскольку Джеймс Клиффорд, молодой английский поэт, павший при отражении немецкой атаки в 1944 году, для Лившица был не только объектом перевода, но и его собственным созданием. Дело в том, что настоящего Джеймса Клиффорда, который якобы родился в Лондоне, рано потерял родителей и воспитывался дедушкой — знатоком английского и шотландского фольклора, — никогда не существовало. Лившиц, следуя за Вальтером, повторил: «Если бы Клиффорда не существовало, его следовало бы придумать». И он его придумал.

На протяжении десятилетий Лившиц публиковал свои собственные стихи в Советском Союзе, выдавая их за переводы несуществующего английского поэта Джеймса Клиффорда.

(взял из видео «Армен и Фёдор», «Товарищ Хемингуэй: как в СССР перековали роман «По ком звонит колокол?»)

Вот как надо взламывать систему 🙂

* * *

КВАДРАТЫ

Владимир Лифшиц

.

И всё же порядок вещей нелеп.

Люди, плавящие металл,

ткущие ткани, пекущие хлеб, —

кто-то бессовестно вас обокрал.

.

Не только ваш труд, любовь, досуг –

украли пытливость открытых глаз;

набором истин кормя из рук,

уменье мыслить украли у вас.

.

На каждый вопрос вручили ответ.

Всё видя, не видите вы ни зги.

Стали матрицами газет

ваши безропотные мозги.

.

Вручили ответ на каждый вопрос…

Одетых и серенько и пестро,

утром и вечером, как пылесос,

вас засасывает метро.

.

Вот вы идёте густой икрой,

все, как один, на один покрой,

люди, умеющие обувать,

люди, умеющие добывать.

.

А вот идут за рядом ряд –

ать — ать — ать — ать, —

пока ещё только на парад,

люди, умеющие убивать…

.

Но вот однажды, средь мелких дел,

тебе дающих подножный корм,

решил ты вырваться за предел

осточертевших квадратных форм.

.

Ты взбунтовался. Кричишь: — Крадут!.. –

Ты не желаешь себя отдать.

И тут сначала к тебе придут

люди, умеющие убеждать.

.

Будут значительны их слова,

будут возвышены и добры.

Они докажут, как дважды два,

что нельзя выходить из этой игры.

.

И ты раскаешься, бедный брат.

Заблудший брат, ты будешь прощён.

Под песнопения в свой квадрат

ты будешь бережно возвращён.

.

А если упорствовать станешь ты:

— Не дамся!.. Прежнему не бывать!..

Неслышно явятся из темноты

люди, умеющие убивать.

.

Ты будешь, как хину, глотать тоску,

и на квадраты, словно во сне,

будет расчерчен синий лоскут

чёрной решёткой в твоём окне.