Это строки из стихотворения «Квадрат» английского поэта Джеймса Клиффорда в переводе Владимира Лившица. Клиффорд был человеком удивительной судьбы, смятым в тисках двух мировых войн. Он родился накануне Первой мировой войны, в 1913 году в Лондоне, а погиб в 1944 году, отражая немецкую танковую атаку в Арденнах.
Парадоксально, но наследие молодого английского поэта в Советском Союзе было известно гораздо лучше, чем на его родине. Пока в Англии задавались вопросом: «Кто он, мистер Клиффорд?», в СССР с середины шестидесятых годов регулярно публиковались его новые стихи. За это, конечно, следовало благодарить его переводчика — Владимира Лившица. Именно он первым перевел на русский язык знаменитые, будто бы знакомые строки из «Отступления в Арденнах»: «Нас оставалось пятеро. В промозглом блиндаже. Командованье спятило. И драпало уже».
Но Лившиц не просто перевел эти строки, а как бы «благословил» их, поскольку Джеймс Клиффорд, молодой английский поэт, павший при отражении немецкой атаки в 1944 году, для Лившица был не только объектом перевода, но и его собственным созданием. Дело в том, что настоящего Джеймса Клиффорда, который якобы родился в Лондоне, рано потерял родителей и воспитывался дедушкой — знатоком английского и шотландского фольклора, — никогда не существовало. Лившиц, следуя за Вальтером, повторил: «Если бы Клиффорда не существовало, его следовало бы придумать». И он его придумал.
На протяжении десятилетий Лившиц публиковал свои собственные стихи в Советском Союзе, выдавая их за переводы несуществующего английского поэта Джеймса Клиффорда.
(взял из видео «Армен и Фёдор», «Товарищ Хемингуэй: как в СССР перековали роман «По ком звонит колокол?»)
Вот как надо взламывать систему 🙂
* * *
КВАДРАТЫ
Владимир Лифшиц
.
И всё же порядок вещей нелеп.
Люди, плавящие металл,
ткущие ткани, пекущие хлеб, —
кто-то бессовестно вас обокрал.
.
Не только ваш труд, любовь, досуг –
украли пытливость открытых глаз;
набором истин кормя из рук,
уменье мыслить украли у вас.
.
На каждый вопрос вручили ответ.
Всё видя, не видите вы ни зги.
Стали матрицами газет
ваши безропотные мозги.
.
Вручили ответ на каждый вопрос…
Одетых и серенько и пестро,
утром и вечером, как пылесос,
вас засасывает метро.
.
Вот вы идёте густой икрой,
все, как один, на один покрой,
люди, умеющие обувать,
люди, умеющие добывать.
.
А вот идут за рядом ряд –
ать — ать — ать — ать, —
пока ещё только на парад,
люди, умеющие убивать…
.
Но вот однажды, средь мелких дел,
тебе дающих подножный корм,
решил ты вырваться за предел
осточертевших квадратных форм.
.
Ты взбунтовался. Кричишь: — Крадут!.. –
Ты не желаешь себя отдать.
И тут сначала к тебе придут
люди, умеющие убеждать.
.
Будут значительны их слова,
будут возвышены и добры.
Они докажут, как дважды два,
что нельзя выходить из этой игры.
.
И ты раскаешься, бедный брат.
Заблудший брат, ты будешь прощён.
Под песнопения в свой квадрат
ты будешь бережно возвращён.
.
А если упорствовать станешь ты:
— Не дамся!.. Прежнему не бывать!..
Неслышно явятся из темноты
люди, умеющие убивать.
.
Ты будешь, как хину, глотать тоску,
и на квадраты, словно во сне,
будет расчерчен синий лоскут
чёрной решёткой в твоём окне.
Being in America 